Часто кажется, что споры о программе реформ в Украине и обсуждение конфликта с Россией существуют только в параллельных вселенных. С одной стороны, все возрастающее количество граждан выступает за быстрые структурные изменения в политике и экономике Украины. Основная цель, как ее часто характеризуют западные политики и аналитики, заключается в том, чтобы «превратить Украину в успешную страну» (более оптимистичный вариант) или «не превратить ее в недееспособное государство» (пессимистический вариант).
По мнению некоторых аналитиков, современное развитие событий в Украине можно сравнить с «Польшей в период 1990-х годов»; то есть мы находимся в ожидании большой успешной волны реформ. С другой стороны, те же западные политики и аналитики будут говорить об агрессии со стороны президента России Владимира Путина против Украины, о решимости в разрешении конфликта на Востоке и бескомпромиссной позиции в переговорах по поводу геоэкономической и геополитической ориентации Украины.
Оба направления анализа имеют свои преимущества. Для лучшего понимания возможных вариантов развития событий в Украине − и это, конечно, является предпосылкой любой эффективной стратеги − их необходимо рассматривать неотрывно друг от друга. «Китайская стена», которая была возведена между этими двумя направлениями анализа, обязательно приведет нас к политическому провалу. Причина сокрыта в таком понятии как «Уловка-22» в плане украинских реформ.
Безусловно, при реализации амбициозных структурных реформ будет оказываться колоссальное давление на президента Петра Порошенко и на правительство, которое будет сформировано в ближайшее время. Вопрос внешнего финансирования принимает угрожающую форму в данном контексте: фискальная и расширенная экономическая жизнеспособность Украины скоро окажется под серьезным напряжением, если МВФ и ЕС существенно не увеличат и не ускорят поступление «пакетов помощи» для Украины. Такая «поддержка» невозможна без осуществления конкретных шагов навстречу необходимым реформам.
Таким образом, Запад может ощутимо влиять на правительство Украины, а правительственные реформаторы − на своих оппонентов. Кроме того, активного внедрения реформ требуют не только правительства стран Запада и МВФ, но и активисты Украины, общественные организации и общество в целом. По результатам проведенного в сентябре 2014 года опроса, только 36% украинцев считают, что их страна движется в правильном направлении.
Политическая элита осознает возможность возникновения новых политических и социальных протестов, если ей не удастся обеспечить ощущение «надежды на лучшее будущее» для своего народа.
В данном контексте «Уловка-22» сопоставляется с «рисками» успешной реформы. Если Порошенко и новое правительство успешно проведут важные реформы − откроются «краны» финансовой помощи с Запада. Действительно, существует вероятность, что в этом случае Украина приблизится к более тесной интеграции с западными институтами, а не только получит больше миллиарда долларов и евро.
Вполне очевидно, как все эти положительные изменения будут восприняты в Москве: Путин будет рассматривать возрастающее участие Запада в делах Украины через призму нулевого результата. Причина понятна: его рычаги влияния на процесс принятия решений в Киеве будут ослабевать с резким увеличением поддержки Запада и интеграции украинского правительства. Оглядываясь на поведение России за последние девять месяцев, становится очевидно, что Путин будет пытаться увеличить свои рычаги влияния на Украину, как только почувствует, что они ослабевают.
В целом, если Украина добьется успеха в своих реформах, то дальнейшая экономическая война со стороны России или прямая военная интервенция на востоке станет более вероятной. Как говорится, «будь проклят, если сделаешь».
Можно прийти к выводу, что такая цена успеха может резко уменьшить шансы на воплощение реформ. Однако здесь мы сталкиваемся с аспектом украинской «Уловки-22» − «будь проклят, если не сделаешь». Если Киев не воплотит реформы в жизнь, соответственно − не получит расширенную помощь Запада, и, следовательно, будет вынужден заключить соглашение с Москвой, чтобы взамен получить субсидии от Кремля. Условия этого соглашения, конечно, будут исключать дальнейшую российскую интервенцию и торговую войну. Однако комбинация «отсутствия реформ» и «большой торговой сделки» с Москвой − это рецепт политической нестабильности в сегодняшней Украине, учитывая высокую степень политической мобилизации, радикализации и потерь государства от монополии на применение силы.
Украинское правительство и его сторонники на Западе должны разрушить «китайскую стену», которую они условно построили между изложением сути реформ и анализом интервенции со стороны России. Необходимо комплексно рассматривать оба понятия, чтобы сформировать успешную стратегию для Украины в среднесрочной перспективе, а именно такую, где будет принята во внимание потенциальная реакция России на внедрение реформ в Украине.
Следует осознать, что реформы не будут успешными, если Россия будет решительно добиваться их провала. В идеале, это заставит Украину и Запад превратить полное урегулирование конфликта в основной и систематический элемент стимулирования реформ. Учитывая нынешнюю атмосферу антагонизма и недоверия, этот идеальный результат маловероятен, и правительства должны быть готовы к худшему развитию событий. В этом случае Украина, ЕС и США должны разработать план действий в чрезвычайных ситуациях, если Россия попытается «подорвать» внедрение реформ в жизнь.
Эти планы должны мобилизовать все возможные усилия для «укрепления цели»: для шагов, которые сделают Украину устойчивой и выносливой в условиях экономической и обычной войны. Они также должны быть нацелены на максимальное достижение прозрачности, чтобы избежать неправильной интерпретации намерений и в случае обострения конфликта заверить с помощью сигналов, таких как подтвержденное обязательство об отсутствии намерений вступления в НАТО.