К вопросу о психическом здоровье Путина.
Мне попадалось несколько статей, посвященных Путину в американской профессиональной психиатрической литературе. Попытаюсь перечислить то, что запомнилось.
Во первых, ни у кого нет ни малейшего сомнения, что последнее время произошло серьёзное перерождение его личности, характера и personality. Специалисты употребляют словосочетание "грубое искажение" характера, выражающееся в необычной для него ранее мимике, телодвижениях, поведении и т.п., что даже породило упорные слухи в появлении двойников.
Первое напрашивающееся объяснение произошедших изменений - невралгические и физиологические модификации мозга, вызванные стрессом неограниченной власти. Это давно замеченный в психиатрии феномен, когда неограниченная власть человека, часто вышедшего из скромного социального круга, несёт разрушение структуре личности, выражаемое в пренебрежении к опасности, преувеличенном эгоцентризме, нарциссизме и полной потере самосознания (utterly devoid of self-awareness). Появляется ощущение своей исторической значимости.
Например, Путин искренне уверен, что без него Россия обречена, и он один в состоянии её объединить и повести к какой-то неопределённой, никому не известной, лишённой всякой конкретности, но, тем не менее, великой цели. Путин ассоциирует себя с Россией, его цель - вернуть ей (и себе) её былое величие. Позорный коллапс Советского Союза он воспринимает, как личное поражение. Он одержим идеей "единой родины, единого народа, единой цели," и искренне верит, что в этом его историческая судьба и предназначение.
Одновременно с таким ростом собственного величия, он начал видеть в людях просто объекты, ничтожные по своей сущности. И эмоционально это выливается только в одно - глубокое презрение ко всем. Прогрессирующая изоляция и растущее презрение к чьему-либо мнению, идеально вкладывается в классическую картину так называемого hibrus syndrome (синдром высокомерия) - психическое расстройство личности, которому иногда подвержены мировые лидеры. Подробнее об этом синдроме. Это не что иное, как интоксикация от власти, упивание своим могуществом, силой, превосходством, вера в свою непогрешимость и полная самоуверенность. Наиболее ярким и болезненным примером в истории политика с этим синдромом - Гитлер, из более ранней - король-солнце Людовик, из недавней - Буш-младший и Тони Блэар.
Одновременно с этим самовозвеличиванием, играют роль и совершенно другие психологические факторы, например - страх. Страх потерять власть, разориться, быть убитым преемником или стать осуждённым и наказанным международным судом. Потеря власти немыслима и приравнивается в его сознании к физической смерти.
Первое, чего он опасается - это показаться слабым. Несмотря на своё высокое положение, он постоянно занят демонстрацией своего статуса, силы и мужественности - в спорте, например.
Отсюда все эти полуобнажённые фотографии его стареющего, но крепкого тела, на лошадях, среди животных, в костюмах боевых единоборств, на медвежьей охоте, или охоте с гарпуном, с оружием, которым он якобы великолепно владеет - всего, что подчёркивает отсутствие слабости и страха, при этом он в равной степени занимается и внушением и самовнушением.
Он постоянно компенсирует какие-то травмы юности и детства, подчёркивая свою жёсткость, независимость, эмоциональную холодность, презрение к слабым. Авторитарность - лучшая защита от страха, тревоги, чувства неполноценности или неадекватности, а также от возможности потерять контроль над окружающим миром и людьми.
Второе - страх бедности. О миллиардах, увезённых и надёжно спрятанных в секретных местах, ходят легенды. Слухи о нём, как самом богатом человеке Европы должны невероятно льстить Путину и приносить чувство глубокого удовлетворения, хотя внешне он подчёркивает свою скромность и презрение к роскоши.
Итоги просты. Современная психологическая траектория Путина - это чувство исторической судьбы, ведущей его к восстановлению достоинства и уважения великой Русской империи. Это и его личный, и политический путь, потому что, как только хьюбрис синдром завладевает личностью и мозгом, национальное и личное становятся идентичным, ибо сам лидер видит себя нацией и её судьбой.
Проблема состоит в том что эти великие цели остаются на уровне эфемерных завоеваний. Ни тяжёлого труда, ни строительства, ни созидания, ни возрождения промышленности и сельского хозяйства, науки и медицины, инфраструктуры, законности и других тяжело достижимых, но внешне не впечатляющих и неблагодарных починов, они не предполагают. Все перечисленное с лёгкостью заменяется шумными милитаристическими или геополитическими победами и внушением страха на международной арене.
